- У нас прекрасная молодежь! Можно сказать, героическая! Я каждый день смотрю телевизор и уверяю вас, что очень хорошо знаю нашу молодежь!

х/ф "Курьер"

   Обычно Пит пользовался своей дверью, но бывали случаи, когда он заставлял меня открывать ему человеческую дверь, особенно, если на дворе выпадал снег. Еще будучи пушистым котенком, Пит выработал для себя простую философию, согласно которой я отвечал за жилье, еду и погоду, а он – за все остальное. За погоду он взыскивал с меня особенно строго, а зимы в Коннектикуте хороши только на рождественских открытках. Этой зимой Пит регулярно инспектировал свою дверь, но не выходил через нее – ему не нравилось белое вещество, покрывающее землю, и он начинал приставать ко мне, требуя открыть ему большую дверь.
   Он был твердо убежден, что за одной из дверей обязательно должно быть лето.

Роберт Хайнлайн "Дверь в Лето"

   Винни побежал домой, и по дороге он так был занят Шумелкой, которую ведь надо было окончательно отделать, перед тем как спеть ее Иа, что, когда он внезапно увидел перед собой Пятачка, уютно устроившегося в его лучшем кресле, Пух смог только почесать в голове и впасть в глубокое раздумье — в чьем же доме он находится?
   — Ой, Пятачок, — сказал он, — а я думал, тебя нет дома.
   — Нет, — сказал Пятачок, — это тебя нет дома, Пух.
   — Пожалуй, правильно, — сказал Пух, — во всяком случае, одного из нас нет дома.

Алан Милн/Борис Заходер "Винни-Пух и все-все-все"

И ежели я сейчас сказал, что отечество производит одних из нас в тайные советники, а другим обещает в перспективе звание коммерции советников, то сказал это в переносном смысле, имея в виду, что отечество все эти операции производит не само собой (что было бы превышением власти), но при посредстве естественного своего органа, то есть начальства.

М.Е. Салтыков-Щедрин "За рубежом"

Ч е л о в е к. Здравствуйте, хозяюшка! Простите, что я врываюсь к вам. Может быть, я помешал? Может быть, мне уйти?
Х о з я й к а. Нет, нет, что вы! Садитесь, пожалуйста!
Ч е л о в е к. Можно положить узелок?
Х о з я й к а. Конечно, прошу вас!
Ч е л о в е к. Вы очень добры. Ах, какой славный, удобный очаг! И ручка для вертела! И крючок для чайника!
Х о з я й к а. Вы королевский повар?
Ч е л о в е к. Нет, хозяюшка, я первый министр короля.

Он же "Обыкновеноое чудо"