Форум "Д и л и ж а н с ъ"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум "Д и л и ж а н с ъ" » Игровая комната » Ассоциации 14


Ассоциации 14

Сообщений 81 страница 100 из 737

81

Леди Осень написал(а):

Туман желтеет на стекле оконном

   Арахна долго лежала в раздумье, потом вдруг подпрыгнула от радости. — Вспомнила! Желтый Туман! Вот когда они запляшут, голубчики!.. Желтый Туман! Я помню, как моя мать Карена сломила гордых тауреков, напустив на их область Желтый Туман. Они только две недели и выдержали, а потом пришли с повинной головой. Чем хорош Желтый Туман? — продолжала рассуждать Арахна. — Я могу его вызвать, могу и убрать в любой момент, значит, все поймут, что это — мое колдовство... А главное, его никогда не бывало в Волшебной стране, и это будет страшная новинка для людей и для зверей.

А.Волков, "Желтый туман"

0

82

Vladimir_S написал(а):

Арахна долго лежала в раздумье, потом вдруг подпрыгнула от радости. — Вспомнила! Желтый Туман! Вот когда они запляшут, голубчики!.. Желтый Туман! Я помню, как моя мать Карена сломила гордых тауреков, напустив на их область Желтый Туман. Они только две недели и выдержали, а потом пришли с повинной головой. Чем хорош Желтый Туман? — продолжала рассуждать Арахна. — Я могу его вызвать, могу и убрать в любой момент, значит, все поймут, что это — мое колдовство... А главное, его никогда не бывало в Волшебной стране, и это будет страшная новинка для людей и для зверей.

А.Волков, "Желтый туман"


Ленинград был начисто поглощен густейшим,  удушливым  и  вместе  с  тем
холодным  туманом.  Будто  никакого  города  на  самом   деле   никогда   не
существовало.  Будто  он  померещился  с  пьяных  глаз   со   всеми   своими
дьявольскими приманками и красотами и  навеки  исчез.  Отдаленно  отраженные
фонари набухали слабой радугой тумана и гибли. Потерявшие очертания пешеходы
неопределенно намекали о своем существовании скрипом  и  плеском.  Все  было
туманно и неопределенно за спиной извозчика, и только из  окна  тронувшегося
вагона Филиппу Степановичу  показалось,  что  он  увидел  Изабеллу,  которая
бежала  по  перрону  за  поездом,  подобрав  манто,  и  кричала,  размахивая
зонтиком: "Котик, котик! Плати алименты, котик! Куда же ты едешь, котик?"
     Но и это, как и все вокруг, было туманно и недостоверно.

Катаев, "Растратчики".

0

83

Инклер написал(а):

Ленинград был начисто поглощен густейшим,  удушливым  и  вместе  с  тем
холодным  туманом.  Будто  никакого  города  на  самом   деле   никогда   не
существовало.

Таинственный Ленинград, который Изабелла то и дело называла Петербургом, а Илья Петрович – Петроградом, был, по видимости, меньше Юлбаша – количеством домов в нем никто и никогда не восхищался. Зато были эти дома сплошь каменные. И не только дома: улицы, набережные, мосты – все в этом городе было из гранита и мрамора. Юзуф жалел бедных ленинградцев, вынужденных ютиться в холодных и сырых каменных жилищах. Он представлял себе, как продрогшие Изабелла и Константин Арнольдович, стуча зубами, слезают туманным ленинградским утром с каменных нар, прижимаются друг к другу и выходят из каменного барака на покрытый камнями берег узенькой речушки Нева (что была меньше Ангары, но больше Чишмэ); пытаясь согреться, они бредут по берегу меж кучно сгрудившихся мраморных львов (больших мохнатых рысей с пышными гривами), гранитных сфинксов (львов с человеческими головами) и бронзовых памятников (огромных кукол в человеческий рост, наподобие тех, что лепит иногда из глины Илья Петрович); мимо зеленого, как трава, и высокого, с могучую ель, барака Эрмитажа; мимо желтого барака Адмиралтейства, крыша которого украшена длинной и ровной, как молодая сосна, иглой с парусным корабликом на острие; мимо серого барака Биржи и толстых красных бревен-ростр, на вершине которых горит бледный, не дающий тепла огонь; тусклое солнце еле проглядывает сквозь облака, которые то и дело сыплют мелким косым дождем.

Гузель Яхина    "Зулейха открывает глаза"

0

84

Леди Осень написал(а):

Зато были эти дома сплошь каменные. И не только дома: улицы, набережные, мосты – все в этом городе было из гранита и мрамора.

       Кузнец схватился натянуть на себя зеленый жупан, как вдруг дверь отворилась и вошедший с позументами человек сказал, что пора ехать.
       Чудно снова показалось кузнецу, когда он понесся в огромной карете, качаясь на рессорах, когда с обеих сторон мимо его бежали назад четырехэтажные домы и мостовая, гремя, казалось, сама катилась под ноги лошадям.
       "Боже ты мой, какой свет! — думал про себя кузнец. — У нас днем не бывает так светло".
       Кареты остановились перед дворцом. Запорожцы вышли, вступили в великолепные сени и начали подыматься на блистательно освещенную лестницу.
       — Что за лестница! — шептал про себя кузнец, — жаль ногами топтать. Экие украшения! Вот, говорят, лгут сказки! кой черт лгут! боже ты мой, что за перила! какая работа! тут одного железа рублей на пятьдесят пошло!

Н.В.Гоголь, "Ночь перед Рождеством"

0

85

Vladimir_S написал(а):

Кареты остановились перед дворцом. Запорожцы вышли, вступили в великолепные сени и начали подыматься на блистательно освещенную лестницу.
       — Что за лестница! — шептал про себя кузнец, — жаль ногами топтать. Экие украшения! Вот, говорят, лгут сказки! кой черт лгут! боже ты мой, что за перила! какая работа! тут одного железа рублей на пятьдесят пошло!
Н.В.Гоголь, "Ночь перед Рождеством"

Они стали подниматься по широкой, устланной красным ковром лестнице с колоннами. На первой же площадке попалась им небольшая группа: присевший отдохнуть на высокий ясеневый стул белый, как лунь, старичок-адмирал, а подле него два мальчика в какой-то полукадетской форме — в черных куртках со стоячими воротниками и с металлическими пуговицами. Взоры обоих кадетиков были устремлены на приближавшегося к ним Александра, и он, с непривычной ему застенчивостью, отвел в сторону глаза и прошмыгнул мимо. Но на повороте лестницы до него явственно донеслось снизу: "Тоже, видно, экзаменоваться идет", — и он оглянулся; глаза его встретились с глазами одного из мальчиков. Оба они смущенно улыбнулись, и Пушкин ускоренным шагом, почти бегом, стал опять подниматься по лестнице и скрылся за поворотом.
Но от этой улыбки будущего товарища сердце в груди его, как пташка, встрепенулось. Ему стало вдруг так весело и легко, точно он предчувствовал, что вот кто будет ему на много лет лучшим другом.

Василий Авенариус      "Отроческие годы Пушкина"

0

86

Леди Осень написал(а):

и с металлическими пуговицами

   Князь был в  восхищении и  одобрил предложение капитула отныне учредить для ордена Зелено-пятнистого тигра несколько различных степеней — по числу пуговиц,  с  коими его жалуют.  Например,  орден Зелено-пятнистого тигра с двумя пуговицами,  с тремя пуговицами и так далее. В виде особого отличия, какого никто другой не  смел домогаться,  министр Циннобер получил орден с двадцатью алмазными пуговицами,  ибо  как раз двадцать пуговиц потребовало его удивительное телосложение.

Эрнст Теодор Амадей Гофман, "Крошка Цахес, по прозванию Циннобер"

0

87

Vladimir_S написал(а):

Князь был в  восхищении и  одобрил предложение капитула отныне учредить для ордена Зелено-пятнистого тигра несколько различных степеней — по числу пуговиц,  с  коими его жалуют.  Например,  орден Зелено-пятнистого тигра с двумя пуговицами,  с тремя пуговицами и так далее. В виде особого отличия, какого никто другой не  смел домогаться,  министр Циннобер получил орден с двадцатью алмазными пуговицами,  ибо  как раз двадцать пуговиц потребовало его удивительное телосложение.

Эрнст Теодор Амадей Гофман, "Крошка Цахес, по прозванию Циннобер"

- Нет, ребята, я не гордый.
Не загадывая вдаль,
Так скажу: зачем мне орден?
Я согласен на медаль.

"Василий Теркин".

0

88

Инклер написал(а):

- Нет, ребята, я не гордый.
Не загадывая вдаль,
Так скажу: зачем мне орден?
Я согласен на медаль.

"Василий Теркин".

— Дед, а тебе медаль дадут за немцев?
— Зачем медаль? — сказал он. — Мне бы здоровья.

Юрий Яковлев    "Цветок хлеба"

0

89

Леди Осень написал(а):

— Зачем медаль? — сказал он. — Мне бы здоровья.

— Этого нам не надо! А картошка у тебя есть?
— Ой! Ха-ха. Картошка?
— Мы отдадим.
— Держи! (даёт лопату)
— Зачем это?
— Картошку копать!

М/ф "Огневушка-поскакушка" (У П.Бажова этого диалога нет)

0

90

Vladimir_S написал(а):

— Этого нам не надо! А картошка у тебя есть?
— Ой! Ха-ха. Картошка?
— Мы отдадим.

Общежитие, кстати, тоже всю войну не отапливалось. Мы как согревались? Сдвигали по две кровати, укладывались вместе по трое девчонок и накрывались тремя одеялами… Эх, а какой мы однажды устроили картофельный бал! Картошка была недостижимой мечтой, 50 рублей кило. И мы сбросились со стипендии, — целый месяц мечтали, копили! — накупили картошки, наварили ее, и… обожрались, как целый полк Гаргантюа — до отвала! И все, как одна, блевали потом всю ночь… Организм, понимаешь, отвык от такой еды…

Дина Рубина     "На солнечной стороне улицы"

0

91

Леди Осень написал(а):

Общежитие, кстати, тоже всю войну не отапливалось. Мы как согревались? Сдвигали по две кровати, укладывались вместе по трое девчонок и накрывались тремя одеялами… Эх, а какой мы однажды устроили картофельный бал! Картошка была недостижимой мечтой, 50 рублей кило. И мы сбросились со стипендии, — целый месяц мечтали, копили! — накупили картошки, наварили ее, и… обожрались, как целый полк Гаргантюа — до отвала! И все, как одна, блевали потом всю ночь… Организм, понимаешь, отвык от такой еды…

Дина Рубина     "На солнечной стороне улицы"


С чем нам повезло -- так это с жильем. Нам -- это значит Гришке, Косте,
Володьке и мне. Мы были из последнего  выпуска  детдома,  потом он закрылся.
Когда мы вчетвером  пошли  работать на фарфоровый завод,  который шефствовал
над  нашим  детдомом,  нам  предоставили комнату в  обыкновенной  жактовской
квартире, но мы жили в ней на льготных правах, как в заводском  общежитии, и
ничего за нее не платили. А когда мы поступили в техникум, то техникум  взял
над нами шефство, и наше жилье стало считаться филиалом его общежития. У нас
была казенная мебель  и казенное постельное белье,  а жили мы будто  дома, и
никакого контроля, и никакого коменданта над нами не было.

Вадим Шефнер, "Сестра печали".

0

92

Инклер написал(а):

А когда мы поступили в техникум, то техникум  взял
над нами шефство, и наше жилье стало считаться филиалом его общежития. У нас
была казенная мебель  и казенное постельное белье,  а жили мы будто  дома, и
никакого контроля, и никакого коменданта над нами не было.
Вадим Шефнер, "Сестра печали".

У нас журнал нового типа. Скаут - это специалист по сбору и проверке информации. Райтер - мастер концепции и стиля. Есть хедлайнер - он отвечает только за заголовки. Есть "болван" - то есть натуральный болван, образование - заочный техникум физкультуры, ему платят зарплату, чтоб он весь номер прочитывал и показывал, если где не врубается. Эти места переписывает адаптер, есть у нас и такая ставка.

Борис Акунин     "Алтын-толобас"

0

93

Леди Осень написал(а):

Есть "болван" - то есть натуральный болван

   – Мы стали играть в бридж, – продолжала миссис Лорример, ее голос был холоден, без эмоций. – Наконец представилась возможность. Я была болваном. Я прошла через комнату к камину. Шайтана уснул. Я оглянулась на остальных. Они были заняты игрой. Я наклонилась и сделала это... – Голос ее немного дрогнул, но в тот же момент вернулся к прежней своей холодной отчужденности. – Я поговорила с ним. Мне пришло в голову, что это будет своего рода алиби. Я сказала что-то об огне, затем сделала вид, будто он мне что-то ответил, и, как бы продолжая разговор, сказала что-то вроде: «Согласна с вами. Я тоже не люблю батареи парового отопления».

Агата Кристи, "Карты на стол" (в данном случае "болван" — термин при игре в бридж)

0

94

Vladimir_S написал(а):

как бы продолжая разговор, сказала что-то вроде: «Согласна с вами. ...».

Агата Кристи, "Карты на стол"


Шариков пожал плечами.
—Да не согласен я.
—С кем? С Энгельсом или с Каутским?
—С обоими, — ответил Шариков.
—Это замечательно, клянусь богом. “Всех, кто скажет, что другая...” А что бы вы со своей стороны могли предложить?
—Да что тут предлагать?.. А то пишут, пишут... Конгресс, немцы какие-то... Голова пухнет. Взять все, да и поделить...
—Так я и думал, — воскликнул Филипп Филиппович, шлепнув ладонью по скатерти, — именно так и полагал.

Михаил Булгаков  "Собачье сердце"

0

95

Marina написал(а):

Шариков пожал плечами.
—Да не согласен я.
—С кем? С Энгельсом или с Каутским?
—С обоими, — ответил Шариков.
—Это замечательно, клянусь богом. “Всех, кто скажет, что другая...” А что бы вы со своей стороны могли предложить?
—Да что тут предлагать?.. А то пишут, пишут... Конгресс, немцы какие-то... Голова пухнет. Взять все, да и поделить...
—Так я и думал, — воскликнул Филипп Филиппович, шлепнув ладонью по скатерти, — именно так и полагал.

Михаил Булгаков  "Собачье сердце"

– Вы – немец? – осведомился Бездомный.
– Я-то? – переспросил профессор и вдруг задумался. – Да, пожалуй, немец…

МиМ

0

96

Инклер написал(а):

Да, пожалуй, немец…

Вдруг, с противной стороны, показалось другое пятнышко, увеличилось, стало растягиваться, и уже было не пятнышко. Близорукий, хотя бы надел на нос вместо очков колеса с комиссаровой брички, и тогда бы не распознал, что это такое. Спереди совершенно немец: узенькая, беспрестанно вертевшаяся и нюхавшая все, что ни попадалось, мордочка оканчивалась, как и у наших свиней, кругленьким пятачком, ноги были так тонки, что если бы такие имел яресковский голова, то он переломал бы их в первом козачке. Но зато сзади он был настоящий губернский стряпчий в мундире, потому что у него висел хвост, такой острый и длинный, как теперешние мундирные фалды; только разве по козлиной бороде под мордой, по небольшим рожкам, торчавшим на голове, и что весь был не белее трубочиста, можно было догадаться, что он не немец и не губернский стряпчий, а просто черт, которому последняя ночь осталась шататься по белому свету и выучивать грехам добрых людей.

Н.В.Гоголь, "Ночь перед Рождеством"

0

97

Vladimir_S написал(а):

Вдруг, с противной стороны, показалось другое пятнышко, увеличилось, стало растягиваться, и уже было не пятнышко. Близорукий, хотя бы надел на нос вместо очков колеса с комиссаровой брички, и тогда бы не распознал, что это такое. Спереди совершенно немец: узенькая, беспрестанно вертевшаяся и нюхавшая все, что ни попадалось, мордочка оканчивалась, как и у наших свиней, кругленьким пятачком, ноги были так тонки, что если бы такие имел яресковский голова, то он переломал бы их в первом козачке. Но зато сзади он был настоящий губернский стряпчий в мундире, потому что у него висел хвост, такой острый и длинный, как теперешние мундирные фалды; только разве по козлиной бороде под мордой, по небольшим рожкам, торчавшим на голове, и что весь был не белее трубочиста, можно было догадаться, что он не немец и не губернский стряпчий, а просто черт, которому последняя ночь осталась шататься по белому свету и выучивать грехам добрых людей.

Н.В.Гоголь, "Ночь перед Рождеством"


      "Ich verstehe gar nichts russisch" [я ничего не понимаю по-русски (нем.)], - отвечал незнакомец.
      Я заговорил с ним по-немецки.
      Он, видимо, обрадовался звукам родного языка и отвечал, что смотрителя нет, что он был, да давно куда-то ушел.
      "А вы, вероятно, ждете здесь лошадей?"
      "О! да, я жду лошадей".
      "И неужто лошадей нет?"
      "Не знаю, право, я не получаю".
      "Да вы спрашивали?"
      "Нет, я не умею говорить по-русски".
      "Ни слова?"
      "Да, "можно", "не можно", "таможно", "подрожно"... - пролепетал он, высыпав, очевидно, весь словарь своих познаний. - Скажут "можно" - я еду, "не можно" - не еду, "подрожно" - я дам подрожно, вот и все".
      Батюшки мои, думаю себе: вот антик-то!

Лесков, "Железная воля"

0

98

Инклер написал(а):

"Ich verstehe gar nichts russisch" [я ничего не понимаю по-русски (нем.)], - отвечал незнакомец.
      Я заговорил с ним по-немецки.

   Человек высокого роста, очевидно капитан судна, рассматривал нас с особенным вниманием, не произнося ни слова, затем, обратясь к своему компаньону, вступил с ним в разговор на языке, совершенно мне неизвестном. Это было местное наречие, звучное, гармоничное, гибкое, в котором гласные, как казалось, получали весьма разнообразные ударения.
   Другой отвечал наклоном головы и добавлял два или три слова, также непонятные. Затем, вопросительно взглянув на нас, он обратился ко мне.
   Я отвечал по-французски, что я не понимаю их языка, но он, в свою очередь, не понял меня; положение становилось затруднительным.
   — Пусть господин все-таки расскажет им нашу историю, — обратился ко. мне Консель. — Быть может, эти господа кое-что и поймут.
   Я стал рассказывать о наших похождениях, не пропуская ни одной подробности и стараясь отчетливее произносить слова. Я произнес наши имена, звания и представил профессора Аронакса, его слугу Конселя и гарпунщика Неда Ленда.
   Человек с приветливыми и спокойными глазами слушал меня внимательно, даже вежливо. Но ничто в его лице не указывало, что он понял мою историю. Когда я окончил рассказ, он не произнес ни одного слова.
   В ресурсе оставался английский язык. Быть может, он понимает этот язык, который считается всемирным. Я знал этот язык не хуже немецкого, мог на нем свободно читать, но не мог правильно говорить. А здесь главным образом надо было быть понятым.
   — Теперь ваша очередь, — обратился я к гарпунщику. — Вам приходится, Ленд, выбирать из вашего мешка все лучшие английские выражения, какими когда-либо пользовался англосакс; постарайтесь быть счастливее меня.
   Нед не заставил себя упрашивать и повторил мой рассказ, который я едва понял. Канадец по своему темпераменту внес в рассказ много оживления. Он горячо жаловался на то, что его подвергли заключению вопреки международному праву, спрашивал, в силу какого закона так с ним поступили, ссылаясь на Habeas Corpus, угрожал преследовать тех, которые самовольно его арестовали, сильно жестикулировал, кричал и, наконец, весьма выразительным жестом пояснил, что мы умираем с голоду.
   Это была правда, но мы почти забыли об этом.
   К величайшему своему изумлению, гарпунщик, по-видимому, оказался так же не понятым, как и я. Наши посетители не повели и бровью. Очевидно, они не понимали языка ни Араго, ни Фарадея.
   После того как мы израсходовали последний наш филологический ресурс, мы очутились в еще более затруднительном положении. Я не знал уже, что нам делать, когда Консель сказал мне:
   — Если господин меня уполномочит, я расскажу нашу историю по-немецки.
   — Как, ты говоришь по-немецки?! — воскликнул я.
   — Как настоящий фламандец, если вам желательно.
   — И очень желательно. Рассказывай!
   И Консель в третий раз спокойным голосом рассказал различные перипетии нашей истории. Но, несмотря на элегантные обороты и прекрасный акцент рассказчика, и немецкий язык не имел ни малейшего успеха. Наконец, ввиду крайности, я старался припомнить все мои гимназические познания и решился еще раз повторить свой рассказ — по-латыни. Цицерон, наверное, заткнул бы свои уши и отослал бы меня на кухню. Тем не менее я привел свое решение в исполнение. Тот же отрицательный результат.

Ж.Верн, "Двадцать тысяч лье под водой"

0

99

Vladimir_S написал(а):

Но, несмотря на элегантные обороты и прекрасный акцент рассказчика, и немецкий язык не имел ни малейшего успеха.


Люди, никогда не изучавшие немецкий, понятия не имеют, до чего он путаный. Смею вас заверить, что такого безалаберного, бессистемного, скользкого и увертливого языка, как немецкий, во всем свете не сыщешь… Самое обычное рядовое предложение в немецкой газете представляет собой неповторимое, внушительное зрелище: оно занимает полгазетного столбца; оно заключает в себе все десять частей речи, но не в должной последовательности, а в хаотическом беспорядке; оно состоит из многоэтажных слов, сочиненных тут же, по мгновенному наитию, и не предусмотренных ни одним словарем, — шесть — семь слов наращиваются друг на дружку просто так, без швов и заклепок (разумей, дефисов).

Марк Твен

0

100

Marina написал(а):

Люди, никогда не изучавшие немецкий, понятия не имеют, до чего он путаный. Смею вас заверить, что такого безалаберного, бессистемного, скользкого и увертливого языка, как немецкий, во всем свете не сыщешь… Самое обычное рядовое предложение в немецкой газете представляет собой неповторимое, внушительное зрелище: оно занимает полгазетного столбца; оно заключает в себе все десять частей речи, но не в должной последовательности, а в хаотическом беспорядке; оно состоит из многоэтажных слов, сочиненных тут же, по мгновенному наитию, и не предусмотренных ни одним словарем, — шесть — семь слов наращиваются друг на дружку просто так, без швов и заклепок (разумей, дефисов).

Марк Твен


Когда  гимн
смолк, я поднялся на платформу, выпрямился во весь рост, широко распростер
руки и, закинув голову, стоял  неподвижно  минуты  две,  -  этим  способом
всегда можно достигнуть полнейшей тишины. Затем медленно произнес страшное
слово ["страшные слова" янки представляют шуточные комбинации  из  сложных
немецких    слов-фраз;    первое    переводится    приблизительно     так:
"Константинопольская компания по производству волынок";  второе:  "Гнусные
попытки  нигилистов  взорвать  динамитом   театральную   кассу";   третье:
"Жалостная комедия свадьбы верблюжьего пастуха, состоящего на  тропической
транспортной   службе   Трансваальской   армии";    четвертое:    "Мастер,
изготовляющий мраморные памятники мавританке,  матери  убийств,  учинившей
всеобщую резню в Мекке"; последнее "страшное слово" - бессмысленный  набор
звуков], при звуке которого все содрогнулись, а многие женщины попадали  в
обморок:

   - Константинополитанишердудельзакспфайфенмахергезелльшаффт!

   Когда из моих уст со стоном вырвался  последний  слог  этого  слова,  я
коснулся одного из электрических проводов, и  потонувшие  во  мраке  толпы
озарил мертвенно-синий свет.

Марк Твен, "Янки при дворе".

0


Вы здесь » Форум "Д и л и ж а н с ъ" » Игровая комната » Ассоциации 14