Одно
единственное
    вызубрил Вилли
тверже,
чем камень
    памятника Масео:
"Белый
ест
    ананас спелый,
черный —
гнилью моченый.
Белую работу
делает белый,
черную работу —
черный».

В.В.Маяковский, «Блэк энд уайт»

Все живое особой метой
Отмечается с ранних пор.
Если не был бы я поэтом,
То, наверно, был мошенник и вор.

С.А.Есенин

   — Перестань лгать. А что ты имел в виду, когда говорил: "Новый способ определения справедливости станет достоянием американского общества"?
   — Это мог только этот скотина кельнер!!! — завопил Коулмэн, дрожа от отчаяния и злости. Специальные устройства под креслом непрерывно регистрировали эту дрожь, добавляя за нее все новые штрафные очки.
   — Почему бросаешь тень на лояльного обывателя? Заботься лучше о себе, правдиво отвечая на вопросы.

Станислав Лем, «ЭДИП»

А мы с тобой, брат, из пехоты,
А летом лучше, чем зимой.
С войной покончили мы счёты,
С войной покончили мы счёты,
С войной покончили мы счёты —
Бери шинель, пошли домой!

На слова Б.Ш.Окуджавы

     Послышалось звонкое бодрое гудение. Все посмотрели на банку и сейчас же, как по команде, подняли лица к потолку. Под потолком с победным воем носилась большая черная муха. Спецкостюм Виктору Борисовичу принес Туммер. Он быстро приоткрыл дверь, козлом прыгнул через комингс и захлопнул дверь за собой. На секунду в рубку ворвался многоголосый стонущий вой. Туммер откинул с головы спектролитовый колпак.
     — В коридоре мух — не протолкнешься, — сказал он. — Черно.

АБС, «Чрезвычайное происшествие»

     Дюк стиснул руками голову и опустился на землю,  к изгороди.  Прямая душа его не подозревала ни умысла,  ни интриги. Правда, Кассет очень опасен, и не многие ради сокращения пути рискуют идти им,  дабы не  огибать Вард;  но  он,  Дюк, разве из трусости избегал "Безумный пролив"?  Менее всего так.  Осторожность никогда не мешает, да и нужды прямой не было; но, если пошло на то...
     — Постой,  постой,  Дюк,  не горячись,  — сказал капитан, чувствуя, что потеет от скорби.  —  Кассет.  Слева гора,  маяк,  у  выхода буруны и  левее плоская,  отмеченная на  всех  картах  мель;  фарватер южнее,  и  форма  его напоминает гитару;  в  перехвате поперек две  линии рифов;  отлив на  девять футов, после него можно стоять на камнях по щиколотку. Сильное косое течение относит на  мель,  значит,  выходя  из-за  Варда,  забирать против течения к берегу и между рифами —  так... — Капитан описал в темноте пальцем латинское S.   —  Затем  у  выхода  вдоль  бурунов  на  норд-норд-ост  и  у  маяка  на полкабельтова к берегу — чик и готово!

А.С.Грин, «Капитан Дюк»

Вдали, над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.

А.А.Блок, «Незнакомка»

   У большей части прохожих вид был самодовольный и озабоченный, Казалось, они думали лишь о том, как бы пробраться сквозь толпу. Они шагали, нахмурив брови, и глаза их перебегали с одного предмета на другой. Если кто-нибудь нечаянно их толкал, они не выказывали ни малейшего раздражения и, пригладив одежду, торопливо шли дальше. Другие — таких было тоже немало — отличались беспокойными движениями и ярким румянцем. Энергично жестикулируя, они разговаривали сами с собой, словно чувствовали себя одинокими именно потому, что кругом было столько народу. Встречая помеху на своем пути, люди эти внезапно умолкали, но продолжали с удвоенной энергией жестикулировать и, растерянно улыбаясь, с преувеличенной любезностью кланялись тому, кто им помешал, ожидая, пока он не уйдет с дороги. В остальном эти две большие разновидности прохожих ничем особенным не выделялись. Одеты они были, что называется, прилично. Без сомнения, это были дворяне, коммерсанты, стряпчие, торговцы, биржевые маклеры — эвпатриды и обыватели, — люди либо праздные, либо, напротив, деловитые владельцы самостоятельных предприятий. Они меня не очень интересовали.

Э.А.По, «Человек толпы»